Кусинские поэты пишут стихи о войне, Победе, памяти

20200513_080414
Поэты Кусинского района, участники литобъединения «Кусинские зори», пишут стихотворения на темы, которые их глубоко волнуют. В их числе – тема Великой Отечественной войны. В этих строках отражены глубокие переживания авторов, их мысли, рассуждения, чувства.

Я помню отца молодого
Одна из пятерки я помню отца,
Братишки, не помня, забыли…
А ждали его мы и ждем без конца,
Уж волосы стали седыми.
Я помню отца молодого –
Таким он остался в глазах,
Такого родного-родного!
И маму, с пятеркой, в слезах…
Мы верили, что он вернется
И скажет: «А вот он и я!»
И весело так улыбнётся,
И спросит: «Как вы без меня?»
Давно ты и дед и прадедка,
Хоть внуков не нянчил в руках.
Тебя вспоминали нередко,
И песни твои на устах.
Земля тебя где-то покоит.
И жизнь твоя – в жизни внучат.
За Родину павших нам помнить –
Сердца пока наши стучат!

Ольга Терентьева

Женщинам – участницам войны
Отчего ты, подруга, медали не носишь?
Говоришь, что ушли те года.
Только память в войну, в твою юность уносит,
А война та с тобою всегда.
Разве ты позабудешь солдатскую юность:
Холод, голод, бомбежки в ночи,
Километры бинтов и парнишку в окопе,
Что от боли смертельной кричит?
Разве ты позабудешь сестру медсанбата
И усталость – упасть и уснуть?
О годах тех далеких напомнят награды –
По проклятой войне долгий путь.
Почему ты, подруга, медали не носишь?
Говоришь, настроения нет…
Надевай их почаще: ведь золота краше
Эти звездочки прожитых лет.

Леонид Губин

Последний бой
Памяти командира эскадрильи истребителей, лётчика-орденоносца из Кусы Михаила Бубнова, погибшего в сентябре 1942 года
Сентябрь тот нес нам бой за боем,
Пылал в осаде Сталинград.
Кичливый враг тогда запомнил
Бесстрашье «бубновских орлят»!
Молва о них неслась далеко –
У доброй славы много крыл.
Водил их в бой уральский сокол –
Отважный Бубнов Михаил.
Он смело шел против армады,
Презрев огня смертельный шквал,
Ведь в грозном небе Сталниграда
Он защищал и свой Урал.
… Бессчётный вылет. В четком строе
Летел он, быстр, неуязвим.
И упоенье жарким боем
Овладевало снова им.
Как будто встал он сходу в стремя,
Ну, «ястребок»-конек, держись!
Не выдержал хвастливый немец
И увильнул от встречи вниз.
Скорее разворот налево,
Мчись, «ястребок», как ураган,
Чтоб в перекрестие прицела
Взять крестоносный моноплан!
И вздрогнул чуткий истребитель,
И точно в цель снаряд попал.
Ну, что ж, сейчас он Бубнов-мститель,
Фашистов он сюда не звал!
Свечою вверх – и в гущу схватки,
Душа отвагою кипит.
И удирает без оглядки
Другой хваленый «мессершмит».
Но вдруг ему волной горячей
Затмило свет. Заглох мотор.
В завесе дымной замаячил
Далекий строй Уральских гор.
А там родного дома двери,
Где ждут его жена и мать.
- Ах, вы, фашисты, злые звери,
Вам просто так меня не взять!..
Родные! Я вернусь, поверьте,
Мне погибать никак нельзя!
… Круты вы, виражи бессмертья,
Тверда ты, Русская земля!
Он не унизил себя стоном
И врезался, огнем объят.
В строй вражеской мотоколонны,
Закрыв ей путь на Сталинград.

Аркадий Ершов

В военную пору (воспоминания детства)
Чуть помню. Давно это было.
И мало я что понимал.
Родня вся отца проводила
На фронт. Про войну я не знал…
Протяжные бабкины вздохи
И мамин заплаканный вид…
Я понял: дела у нас плохи,
Коль бабка молиться велит.
Сказала нам бабушка строго:
«Отец чтоб вернулся домой,
Давайте помолимся Богу,
Вставайте-ка рядом со мной».
И взор обратив на иконы,
Послушно молитвы творя,
Мы клали земные поклоны
В холодные дни января…
Но жизнь не стояла на месте.
Рассвет лишь забрезжит едва,
Соседки, собравшись все вместе,
Возили на санках дрова.
Детей одевали, кормили
И в школу учиться вели.
С достоинством все пережили.
Иначе они не могли.
Бывало, и праздник наступит,
Соседки по чарке нальют,
Собравшись, бутылочку купят
И песни в слезах запоют.
Вселяя уверенность в душу:
Придет он, Победы денек!..
Сначала споют про Катюшу,
Затем про родной огонек…
Но больше все жили в печали.
Увидев, что почту несут,
С надеждой и страхом вздыхали:
Ой, радость, беду ль принесут?..
Случалось, что шли похоронки.
Девчонку ругали в слезах,
Как будто она, почтальонка,
Виновница горя в домах.
Опомнившись, тут же просили:
«Родимая, ты не сердись,
Невольно ведь мы согрешили.
Прости нас! Покушай садись!»
В дырявой фуфайке девчонка,
Рыдая, стоит у крыльца.
У ней у самой похоронка
В кармане лежит на отца.
Да, круглой осталась сироткой.
Отец под Берлином убит,
А мать после тяжкой чахотки
Два года в могиле лежит…
И вдовы ее не забыли,
Ведь разум у женщин высок!..
И с нею последний делили
Слезами политый кусок.
Вам, люди, войну пережившим,
Кому было все по плечу,
А также в сраженье погибшим –
Я всем поклониться хочу!

Александр Кислухин

Помнит Родина-мать
Три портрета в простенке висят,
Обрамлённые черной каймою:
Каждый день поклоняется мать
Сыновьям, унесенным войною.
Слезы высохли – горе осталось.
Не забыть до последних ей дней,
Как в лихую годину расстались.
Проводила на фронт сыновей.
Обливала подушку слезами:
«Где ж, родимые? Как вы далеко!»
У калитки стояла часами.
Почтальона ждала одиноко…
Вот идет, наконец, почтальон
И конверт ей армейский вручает,
Только в ней не сыновний поклон –
Он о смерти бойца извещает.
Не успела беду пережить,
Как вторая постигла утрата:
Самый младшенький – жить бы да жить! –
Пал героем у стен Сталинграда.
Горько думала думы свои:
И от третьего весточки нет…
И в победные майские дни
Черной лентой обвила портрет…
Три портрета в простенке висят,
Обрамлённые черной каймою.
Помнит мир, помнит Родина-мать
Сыновей, унесенных войною.

Николай Маков

Уралец, политрук Клевакин
Его я помню, вижу, как живого,
Черты простого русского лица,
Совсем ещё в те годы молодого –
Моей подружки дорогой отца.
Мы жили с ними рядом, по соседству –
Два домика над Айской крутизной.
Беспечно проходили годы детства
Здесь, на уральской стороне родной.
Нам кукол дорогих не покупали,
И мы в Аю плескались в летний зной,
Весной в ручьях кораблики пускали,
Зимой катались с горки ледяной.
…Народ трудился, поднимал заводы,
В тайге дремучей строил города,
И славились те, пред войною, годы
Кипением ударного труда.
…Что нажил коммунист Клевакин в жизни?
Троих детей, да домик в два окна.
И встал в ряды защитников Отчизны
Он в грозный час, как грянула война.
По всей стране, не только на Урале,
Народ в те дни спешил в военкомат,
Своих родных и близких провожали
На битву смертную и стар, и млад.
Иван Трофимович с семьей расстался,
С ребятами, с женой простился он,
И далеко родной Урал остался –
Умчал бойцов военный эшелон.
Туда, где страшный бой кипел кровавый,
Где обрывался путь в смертельной мгле,
Где битва шла совсем не ради славы,
А ради самой жизни на земле…
…Команда: «Приготовиться к атаке!»
И каждый понимал: «Пришел черед…»
Поднялся первым политрук Клевакин —
За Родину, за Сталина – вперед!
В одном порыве строй бойцов рванулся,
И контрудар не смог враг удержать.
А политрук из боя не вернулся,
Остался на сырой земле лежать…
…Жаль, что Иван Трофимыч не узнает,
Что Виктор, старший сын, на фронт пошел,
Сражался, как уральцу подобает,
И до победных дней войну прошел,
И что родятся через годы внуки,
И правнуки появятся на свет,
И помнить будут люди жертвы, муки
И героизм военных грозных лет.
Он был одним из многих коммунистов.
Кто верен был идеям Октября.
И был перед народом честным, чистым,
И прожил жизнь короткую не зря.

Нина Макурина

Вам также может понравиться ...

Яндекс.Метрика